Монополизация музыкального рынка большой тройкой лейблов

United We Stand: как музыкальные лейблы объединились в конгломераты

До 1950-х годов в американской индустрии работало множество небольших лейблов, которые продвигали артистов. С середины 1960-х некоторые из них стали объединяться — для управления крупными музыкантами и их записями.

В результате на рубеже 1990-2000-х на рынке доминировали пять крупнейших лейблов: Universal, Sony, Warner Music, BMG и EMI. В 2003 году Sony купила BMG, а почти десять лет спустя Universal Music поглотила компанию EMI. Крупных лейблов осталось всего три.

Слушатели и небольшие компании из этой сферы просили чиновников заблокировать обе сделки, утверждая, что объединённые гиганты получат слишком большую базу артистов и контроль над распространением физических копий альбомов. Однако антимонопольный регулятор одобрил оба слияния.

Сегодня Universal Music настолько велика, что у её подлейблов — Capitol Records, Interscope, Def Jam, Republic — есть собственные дочерние компании.

Концентрация всегда опасна, для борьбы с ней и нужны антимонопольные службы. Когда артистов и их музыку представляют всего три компании, это, очевидно, проблема.

Мартин Миллс
глава независимого лейбла Beggars Group

В начале 2000-х Министерство юстиции США заподозрило лидеров рынка в злоупотреблении доминирующим положением.

Компании отказались лицензировать каталоги музыки онлайн-сервисам, вместо этого запустив собственные стриминговые продукты, такие как Pressplay и MusicNet. Правительство в итоге не предприняло никаких действий.

Лидирующие лейблы по-прежнему распространяют более 80% музыки на физических носителях. В 2018 году независимые музыкальные магазины в США сообщили о «странных» поставках. Вместо нового релиза грузовики привезли в одну точку сироп от кашля, в другую — всего четыре пластинки.

За несколько месяцев до этого Warner Music передала доставку и хранение записей компании Direct Shot Distributing, которая работала с Universal и Sony. Неясно, почему крупные лейблы выбрали одну фулфилмент-компанию, ошибка которой поставила под угрозу существование сотен магазинов и распространителей, пишет издание.

Крупные лейблы значительно сузили понятие «популярной музыки» и вытеснили независимых исполнителей. 90% песен, попавших в чарты Billboard за последние десять лет, выпустили артисты крупнейших лейблов.

В индустрии стало меньше разнообразия и новинок: в список Billboard Hot 100 в 1966 году вошли 740 свежих композиций, тогда как к 2001 году это число упало до 308.

Неконтролируемое доминирование на рынке поп-музыки — частично результат «стратегии блокбастеров»: чрезмерного инвестирования в самых прибыльных исполнителей и альбомы. Успех стратегии подкрепили другие «киты» музыкальной индустрии: Spotify, Apple, YouTube и прочие платформы.

OK Computer: взлёт онлайн-музыки и к чему он привёл

С 1998 по 2013 год выручка отрасли упала более чем наполовину, с $14 млрд до $6 млрд, поскольку из-за появления онлайн-музыки снизились продажи компакт-дисков.

Стриминг стал основным способом массового распространения музыки и главным источником доходов отрасли. Аналитики полагают, что этот рынок будет приносить $75 млрд в год к концу десятилетия, что более чем в три раза превышает показатель конца 90-х.

Вместе со стримингом росла и власть корпораций над распространением музыки. На Spotify и YouTube приходится три четверти прослушиваний во всём мире. А если добавить к ним продукты от Apple и Amazon, получится почти весь рынок.

Уровень контроля в этих нескольких крупных компаниях очень опасен.

Луи Позен
глава панк-лейбла Hopeless Records

Сервисы сделали крупные лейблы ещё богаче. В 2019 году исследовательская группа MBW подсчитала, что каждый из трёх крупных лейблов получает около $1 млн в час на стриминге.

Семь лучших артистов на Spotify зарабатывают около $450 тысяч в год, в то время как гонорар 99% остальных артистов — в среднем $26 в год.

Издание называет выплаты музыкантам микроскопическими. Чтобы заработать на YouTube $1472, минимальную ежемесячную зарплату в США, артисту нужно более 2 млн прослушиваний. Spotify предлагает не намного больше — треть цента за одно прослушивание.

Стриминг приносит 80% всех доходов отрасли. Музыкальным сервисам очень нужны крупные компании, а те всё больше полагаются на стриминг, пишет издание.

Такая позиция позволяет Spotify взимать «огромную» плату с больших и малых лейблов за право доступа к аудитории. В мире до стриминга выручка от продаж альбомов делилась так: 70% получал лейбл, а 30% тратили на создание, распространение и продажи записей. Сегодня эти 30% забирает себе Spotify.

В 2019 году Spotify запустил сервис Marquee, в котором лейблы могут платить за всплывающую рекламу, побуждающую пользователей послушать новую запись или исполнителя.

В ноябре 2020 года сервис анонсировал программу Discover — с её помощью лейблы и правообладатели могут продвигать свои треки через «радио» в обмен на низкую ставку роялти. Музыка с помощью алгоритмов попадает в рекомендуемые подборки.

Профессор Музыкального колледжа Беркли Джордж Говард считает, что эта механика напоминает пэйолу — выплаты радио и телеканалам для раскрутки исполнителей за счёт создания искусственного интереса. Это также нарушает легенду бизнес-модели Spotify: что пользователи слышат музыку на основе собранных данных об их предпочтениях.

Чем чаще правообладатели продвигают треки на платформах, тем хуже для слушателя. В то же время стриминговые сервисы хотят сэкономить на выплате роялти, полагает Кевин Эриксон, глава отраслевой некоммерческой организации Future of Music Coalition. Эриксон добавляет, что сервисы искусственно занижают выплаты музыкантам и это особенно вредит малоизвестным исполнителям.

Spotify не согласен и утверждает, что несмотря на инструменты для продвижения, успех песни определяют слушатели.

Чтобы попасть в подборки слушателей, артисты вынуждены отказаться от доходов в пользу участия в программе Discover. Это выигрышная для сервиса ситуация, в которой из-за рыночной власти Spotify даже самые влиятельные лейблы будут чувствовать давление.

И если до пандемии большинство групп «среднего класса» могли рассчитывать на концерты и туры, чтобы поддерживать свою музыку и зарабатывать на ней. Однако законы рынка вмешиваются и в эту сферу.

Live From: что происходит на концертных площадках

Около 90% опрошенных владельцев концертных площадок США в начале пандемии Covid-19 заявили, что без федеральной поддержки они обанкротятся в течение полугода. Идёт второй год, а деньги так и не выделили, сотни независимых заведений закрылись.

В октябре 2020 года соучредитель фестиваля Lollapalooza Марк Гейгер объявил, что собирает инвестиции на проект SaveLive. Это частный фонд для спасения независимых заведений, оказавшихся на грани закрытия.

По планам Гейгера клубы перейдут в его собственность: для получения инвестиций от SaveLive владельцы должны передать ему контрольный пакет акций заведений, так что вряд ли это можно назвать благотворительностью.

Идея проекта похожа на Live Nation — компанию, которая захватила индустрию живых выступлений. В конце 1990-х, когда она ещё называлась SFX, корпорация потратила $1 млрд и стала крупнейшим владельцем независимых концертных промоутеров и владельцев площадок. В 1999 году её купила корпорация Clear Channel за $4,4 млрд. Антимонопольные регуляторы не остановили сделку. К 2005 году Clear Channel выделила своё подразделение живой музыки в новую отдельную компанию — Live Nation. Она стала крупнейшим в США менеджером артистов и организатором мероприятий и вторым по величине владельцем концертных залов.

С тех пор Live Nation объединила в конгломерат Liberty Media:

  • Сервис по продаже билетов Ticketmaster.
  • Монополиста спутникового радио SiriusXM.
  • И одного из лидеров на рынке онлайн-радио Pandora.

В 2020 году Liberty Media получила разрешение взять под контроль iHeartMedia, крупнейшего владельца радиостанций в США. Антимонопольные органы одобрили все сделки.

Участники рынка опасаются, что конгломерат будет предоставлять услуги только дружественным исполнителям, лейблам и площадкам.

Объединённая компания может использовать 850 радиостанций, спутниковую телекомпанию и онлайн-радиостанцию для продвижения артистов Live Nation, туров и фестивалей, обслуживаемых исключительно их собственным сервисом Ticketmaster.

Независимые артисты и малый бизнес в каждом сегменте индустрии останутся не у дел.

В конце 2019 года Министерство юстиции США обнаружило, что Live Nation несколько лет злоупотребляла своим положением и запрещала артистам выступать в заведениях, которые отказывались использовать Ticketmaster. Министерство могло подать в суд за нарушение антимонопольного закона, но не стало этого делать.

В феврале 2021 года Live Nation объявила, что у неё есть резервы наличными в размере $2,5 млрд, а в апреле 2020 года она получила $500 млн от саудовских инвесторов — роскошь, недоступная независимым площадкам и промоутерам.

Rage Against the Machine: как правительство США может повлиять на баланс сил

Бесконечные слияния в музыкальной индустрии привели к концентрации власти у нескольких компаний и нарушению антимонопольного законодательства. После многих лет бездействия антимонопольная служба США, похоже, готова положить конец объединениям и рассредоточить власть.

В конце 2020 года Федеральная торговая комиссия США подала в суд на Facebook за приобретение Instagram и WhatsApp из-за подавления конкуренции между приложениями. Случай стал первым крупным делом о монополии за годы и продемонстрировал готовность государства предотвращать вредные слияния.

Сенатор Эми Клобучар разработала и отправила на рассмотрение в Сенат новый антимонопольный закон. По нему власти обяжут компании доказывать пользу слияний. Если правительство решит, что сделка способствует конкуренции, то одобрит её.

Закон будет применяться и к фирмам, контролирующим запись композиций. Палата представителей также работает над способами ограничить возможности крупных ИТ-компаний. Укрепление антимонопольных органов важно для музыкального бизнеса, поскольку компании быстро объединяются на этом рынке.

В феврале 2021 года Sony потратила $430 млн на покупку AWAL, крупного независимого дистрибьютора цифровой музыки. Liberty Media создала компанию по целевым слияниям и поглощениям (SPAC) — «пустышку», к которой можно будет присоединить любой медиапроект для последующего выхода на биржу.

Расширенный закон о монополии может помешать конгломерату вроде Liberty Media использовать радио и стриминг для увеличения количества туров и артистов под контролем Live Nation. Теперь любая компания, владеющая более чем 30% рынка, будет контролироваться антимонополистами.

Благодаря новому законодательству независимые артисты, площадки и лейблы смогут зарабатывать больше. Ведь власти повлияют на посредников, которые снижают доходы исполнителей и берут деньги за охват аудитории, распространение музыки и доступ к концертным залам. Сегодня в мире больше артистов, чем когда-либо, распространение творчества упростилось, так как нет необходимости производить и доставлять физические копии альбомов. Единственная проблема — это монополизация.

Источник: vc.ru